Проблемы с совестью

У мальчика Лёши была совесть большая-пребольшая. Он её много упражнял физически, и она от этого развивалась и переразвилась. У Лёши сделалась походка медленная, он всё время себе под ноги смотрел, чтобы на жучка на какого-нибудь случайно не наступить. И он слова всякие вежливые всем говорил, чтобы люди не обижались и не расстраивались от невежливых. А ещё он всегда всё делал вовремя и даже немножко заранее, чтобы не опаздывать и совесть иметь. А люди же не понимали, что это у него из-за совести, что она большая такая. И нарочно ещё его часто-часто просили: «Ну ты совесть поимей, а?» — а они так его заставляли, чтобы он им что-то хорошее отдал или сделал. И он так делал. У него из-за этого ничего хорошего не появлялось, а только совесть выросла до супергигантских размером и стала уже мешать ему жить.
Мама с папой когда это увидели, они только между собой переглянулись, присвистнули и заплакали. Они поняли, что внуков им не видать.
Потом папа сказал:
— Не плачь. Что-нибудь придумаем.На самом деле папа и мама были у Лёши очень симпатичные, а он весь в них пошёл и девушкам поэтому нравился. А он на них не смотрел: неприлично же на девушек смотреть! От этого нехорошие мысли всякие получаются и совесть сразу так наваливается, что хоть сквозь землю проваливайся, хоть стреляйся — везде достанет и сожрёт. Она у него агрессивная уже сделалась.

Лёшины родители занялись срочными исследованиями на темы нравственности. Папа стал лазить в интернете, а мама советоваться с соседками. И они независимо друг от друга пришли к одному и тому же выводу, что нужно совесть у Алёшеньки как-то слегка ампутировать хоть на время. Потом пускай разрастается, когда он уже женатый сделается.

Oни поделились выводами друг с дружкой и так подтвердили результаты своих исследований.Вот они записали Лёшу в институт нравственной травматологии и ортопедии и поехали в назначенный день на приём.Все врачи, доктора и кандидаты, захотели на него посмотреть. У них в институте лечились всякие моральные уроды, и никому из учёных в голову даже не приходило, что слишком большая совесть тоже нехорошо.

Но папа и мама им очень убедительно всё рассказывали, и соседка с нижнего этажа подтвердила, а соседи из дома напротив сказали, что они тоже начали испытывать угрызения совети, когда мусор под окнами высыпали и пришлось поэтому прекратить. Оказалось, это заразно. Алёша очень извинялся и у них просто руки опустились что-то подобное впредь творить.Так врачи их слушали целый день, разинув рот и написали длинную интересную историю Лёшиной болезни. Они её потом издали отдельной книгой под названием: «Бесконтрольное разрастание совести. Диагностика и лечение.» — а там всё было про Лёшу написано и про его совесть. А лечение оказывается только оперативное.Сначала хотели оставить немножко от Лёшиной совести на развод, но потом забоялись метастазов и решили всю вырезать и заморозить для лечения своих других пациентов.

Папа с мамой не любили никаких операций. Они побледнели и заплакали. Им дали пятьдесят граммов коньяку и валерьянки и сказали:
— Ну что вы, в самом деле? Это совсем не больно. Медицина не стоит на месте, а наоборот, идёт вперёд. У него даже шрамика не останется. А когда всё заживёт, мы ему кусочек его же совести обратно пришьём.
И так и сделали. Дали Алёше дышать чем-то невкусным и попросили рассказать таблицу умножения. Алёша начал запинаться на трёх, ему было ужасно неудобно, он на трижды семь густо покраснел, а на трижды девять уснул.А проснулся уже без совести, как и обещали. Он тут же встал по привычке, что неудобно в постели валяться, когда день на дворе — и удивился какая во всём теле лёгкость и в душе.

Папа с мамой увезли его домой и просили полежать ещё. Он ложился, а сам потом вставал, когда они уходили. И ходил по комнате и ему не было стыдно, что он так не слушается, а только странно и непривычно. Лёша удивлялся.
Через неделю родители уже совсем за него успокоились, потому что у мальчика аппетит хороший и улыбается, в принципе, и на работу не опаздывает. И уехали в отпуск в Анталью.
А Лёша без них получил получку и стал смотреть на небо на облака, чтобы не заметить, кому какая помощь материальная вдруг понадобится, а донести деньги домой.
У него проснулась хитрость.
И она ему помогла все почти деньги до дома донести, а только дать одному голодному мальчику на сигареты и соседу из восьмого подъезда на опохмел.

А назавтра случилась суббота. Лёша встал, сварил овсянки, приготовил себе кофе и пошёл завтракать на балкон. Возле балкона рос большой тополь и светило солнышко. Лёша посмотрел на свои белые руки и вместо того, чтобы смутиться от их вида, покраснеть и быстренько побежать одеватья, решил этим летом загореть. Он представил себе, как он идёт на пляж в клёвой футболке и скаутских шортах и что на ногах у него шикарные сандали и ему очень захотелось клёвую футболку, скаутские шорты и шикарные сандали.

Лёша приоткрыл платяной шкаф и скептически в него заглянул. Летнее настроение не находило поддержки в одежде. Он оделся, как всегда одевался на работу, в костюм и белую рубашку. Подумал и снял пиджак, убрал его назад на плечики. Посмотрел в зеркало. Подумал ешё и снял с себя галстук, вынул запонки из манжет и решительно закатал рукава по локоть. Отражение в зеркале скривило кислую рожу и покрутило пальцем у виска. Лёша сказал:
— Извини, брат, так надо, — и повернулся к нему спиной.Лёше предстояла большая работа по поиску и выбору запланированной одежды. Работа малознакомая, пугающая, но необычайная лёгкость во всём организме захлёстывала душу и толкала вперёд. Лёша заскакал по ступенькам вниз и выбежал из подъезда.

Ближайший дворец торговли втянул в себя кошелёк с прохожим, и Алексей заметался в поисках одежды. Он метался между кастрюльками и мебелью, а после бытовой химии скорость у него начала снижаться. Он стал замечать продавщиц. К отделу мужской одежды он приблизился медленно и с одышкой. Он был самый симпатичный из покупателей и растерянно озирался так, что все продавщицы решили сразу ему помочь с выбором одежды. Но заведующая показала девушкам других покупателей и пошла за Лёшей в примерочную и на пляж. Так у Лёши сбылись первые три мечты в его жизни: клёвая футболка, скаутские шорты и шикарные сандали.

А у родителей сбылась другая мечта, когда они приехали из Антальи и увидели, что у сына в комнате живёт заведующая отделом мужской одежды из дворца торговли. Они только присвитнули и засмущались. Потом вымыли руки и познакомились.
Заведующую звали Таня и у них с Лёшей была любовь. Они поженились и Таня стала носить Лёшины рубашки и будить на работу, чтоб не опаздывал. Он очень любил по утрам поспать и приходилось его расталкивать и много раз напоминать, что уже пора вставать.
Таню он любил больше, чем поспать, и поэтому просыпался, когда она попросит.

А однажды он проснулся сам, ещё задолго до рассвета и без будильника. У него распухла совесть и не давала спать. Пришлось встать, выйти потихоньку на кухню и сделать там генеральную уборку и приготовить обед для всей семьи из четырёх блюд. В следующую ночь он сделал генеральную уборку в зале и во всём своём подъезде. Он очень боялся кого-нибудь разбудить и поминутно вздрагивал и заливался потом.
Через несколько дней дом весь блестел изнутри и делать нечего, Алёше пришлось выйти на улицу и там начать подметать возле помойки. А сказать своим, что у него опять совесть проснулась, он не решался. Ночью на улице людей мало, а только какой-то очень замёрзший человек попросил у Лёши его шапку и пальто, чтобы согреться. Ещё Лёшины зимние башмаки ему понравились. И Лёша ему подарил. Потом тот человек подумал и попросил ещё костюм новый хороший, в котором Лёша на работу ходил и рубашку тоже попросил. У него такой рубашки потому что не было. А трусы и носки он не захотел брать, а Лёша сам ему предлагать постеснялся. Хотя они были чистые.

Утром у Лёши оказалась высокая температура и совесть его мучила так, что он плакал и просил у всех прощения. Тут уже всем стало понятно, что у него рецидив с обострением. Таня сидела возле него на стуле, гладила по голове и говорила, что от скромности Лёша не умрёт. Но они оба знали, что это неправда, что это просто бальзам ему для души, а нужна операция.

Операции не помогали и врачам пришлось поставить Лёше очень дорогой нравственный диспенсер, который никому даром не нужен, и отправить в тюрьму, потому что к нормальным людям с диспенсером близко подходить неэтично.

Так Лёша и живёт. Лёшина тюрьма — самая лучшая в мире. Каждый, кто там сидит, непременно всегда говорит «спасибо», «пожалуйста», «извините», Тюрьму часто показывают по телевизору, только заключённые стесняются камеры и прячутся где-нибудь в розарии и зрители думают, что это какой-то курорт им показывают.  А Лёша начальник тюрьмы, ему прятаться нельзя и он смущённо показывает  журналистам тюремный музей с их картинами и вышивками. Он очень гордится своими преступниками.

Реклама


Рубрики:Рассказы

Метки:

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: