Русалкина радость

Иногда я понимаю, о чём говорят люди. Ранним утром приходят с удочками на реку, устраиваются, переговариваясь тихонько — их голоса грубее, чем хрюканье барсука и сочнее, чем пенье птиц — густое бормотанье вплетается в предрассветную суету, создавая новую музыку. Я люблю людей. Но этим летом их пришло слишком много по железной дороге. Они топали по тайге, с треском ломая валежник, перекликались звонкими разноцветными голосами — трудно уловить музыку в таком шуме.

Поезд с рёвом и стуком пробежал через лес, но не смог заглушить голоса. Люди пришли на берег, застучали дятлами, быстро соорудили себе домики и стали шуметь. Мне любопытно, что там происходит — но шум нестерпимый, я уплыла подальше вверх по течению. Они затихли только под утро, когда все просыпаются.

Небо засветлело, сонно и недовольно заворчали птицы — не выспались. Я вздремнула немного с вечера в мягком омуте под горой. Летней ночью под лунным светом спать невозможно — каждая жилка вибрирует, хочется выпрыгивать из воды и дурачиться. Я поплыла посмотреть на людей. Яркими пятнами в ранних сумерках манили их домики. Воздух был грязный, как всегда возле нор хищников, а ниже по течению на плёсе молча сидел юноша с удочкой. Я вышла из воды и подошла к нему сзади, он подвинулся, и мы сидели всё утро до белого дня. Я положила ему голову на плечо. Мы разговаривали беззвучно. Когда солнце взошло, я увела его в лес.

Он проспал весь день, я привела к нему ветлу — укрывать от солнца. И сидела рядом, отгоняя комаров. Вечером мы пошли к стойбищу. Там почти все люди и домики исчезли, остались только ещё двое молодых людей, мужчина и женщина. Я стояла в сторонке и слушала их громкое пенье у костра. А утром те двое заснули и я подошла к моему, заглянула в глаза. Сердитость пробежала по его лицу и растворилась в темноте. Он улыбнулся и пошёл со мной. Те двое уехали через несколько дней. Они долго кричали, и он кивал им. Потом взял удочку, помахал им рукой и ушёл на плёс. Он ловил крохотных рыбок и варил их в котелке. Получалось вкуснее, чем сырые. Он улыбался, видя, как я радуюсь. Но он хотел уехать.

Он стал просыпаться раньше. Сон его стал короче и улыбки короче тоже. Я уводила его от поезда, а он бежал за ним, кричал, прыгал, махал руками. Мы вечно опаздывали на поезда. Полустанок крохотный, рядом речка. У тебя клюёт, а тут поезд долгожданный. И поезд срывался, укатывал вдаль, махнув хвостиком. Его это сердило, и он избегал смотреть мне в глаза. А я липла, радовалась, что снова опоздали, лизала капельки воды на его животе, заглаживала вину.

А однажды он увидел, как кто-то плывёт через маленькую таёжную речку — и шагнул глубже. Он был очень увлечён рыбалкой и так и не выпустил удочку, грёб одной рукой. Я подплыла к нему сбоку, заглядывая в его изумлённые глаза. Он не ожидал, что речка столь глубока, сказал он. И я увидела, что он готов остаться здесь и пропускать все подряд поезда, сколько бы их ни было.

Реклама


Рубрики:Миниатюры, Общее

Метки:

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: